АЛИШЕР НАВОИ – ГУМАНИСТ, ПОЭТ, ПРОСВЕТИТЕЛЬ

09.02.2019 3102

Эпоха Навои. Период жизни и деятельности Алишер Навои (1441–1501) характеризуется как «культура эпохи Навои». Личность Навои, пишет современный исследователь, исторически неотделима от широкого круга его современников, друзей почитателей и учеников. «Поэт и ученый, музыкант и художник, один из культурнейших людей своего времени, Алишер Навои, подобно своим западным современникам типа Леонардо да Винчи, выступает как универсальная личность, объединяющая в своей целостности науку и искусство, философскую теорию и общественную практику». На Востоке знаменитыми современниками поэта были Абдурахман Джами, поэт Бинаи, историки Хондамир, Мирход, Давлят-Шах, художник-миниатюрист Бехзод, каллиграф Султан Али и другие, повлиявшие на расцвет культуры «эпохи Навои». Захриддин Бабур по поводу значимости и роли его в обществе писал, что благодаря Навои многие получили писательское и художественное воспитание, либо укрепили и развили свои дарования. «Подобного Алишеру Навои покровителя и воспитателя людей больше не было». Герат стал центром, законодателем всего самого лучшего, прогрессивного в художественном творчестве, литературе, просветительстве. Не без влияния меценатской деятельности А. Навои Герат достиг наивысшего расцвета, занимал положение центра культуры и оказывал почти такое же влияние на страны среднеазиатского региона, какое оказывала в новое время на страны Европы Франция.  

Алишер Навои стал основоположником классической поэзии на древнеузбекском языке. В своем трактате «Суждение о двух языках» (имеется в виду тюркский и персидский) он писал: «Если хорошо подумать, в этом языке найдется так много богатства и тонкостей, что поистине легче будет на этом языке словотворчество, словесное художество, стихосложение и писание повестей. В этом языке имеется множество изумительных редких слов и выражений». И это суждение поэт подтверждал собственным творчеством, своей знаменитой «Хамсой» и многими другими произведениям. Образно выражая значимость двух языков, сравнивая тюркский с персидским языком, он как великий гуманист, объединял и говорил о единстве двух народов, и даже больше – подразумевал единство всех людей:

Два солнца всходят на одной земле.

Две розы рдеют на одном стебле.

В едином теле две души сошлись,

       В глазу едином два зрачка зажглись.

       Дух плотью стал, и духом стала плоть.

       Единой сделал двойственность господь…

       Два имени у них – что с того,

       Единое мы видим существо.

Алишер Навои был первым поэтом, создавшим многочисленные и крупные произведения на тюркском языке, к тому же и интерес, и потребность в знании этого языка возрастали[1]. Сам Навои об этом писал:

На тюркских струнах музыкант сыграл, на тюркский лад,

    Народ на языке родном услышать песню рад.

Народный фольклор, песни, сказки, сказания, все богатство устного творчества тюрков служат ему благодатной почвой для совершенствования мастерства и обогащения поэтического творчества. Навои глубоко осознавал свою ответственность в возвеличивании и прославлении тюркского языка. «Народ – поэт, а я при нем писец, – отмечал он, –и вот за то, к народу я приближен так и взыскан, как никто». В отличие от своих современников Алишер Навои стремится в своем творчестве, с одной стороны, быть более близким к жизни, художественно запечатлевать реальные проявления человеческих чувств и явления природы (отсюда точность и яркость многих его эпитетов, метафор), с другой стороны, его суждения, мысли отличаются злободневностью. Его произведениям, лирическим, эпическим, присуща актуальность, даже если написаны они в форме подражания или назиры- ответа, поэтического диалога с другим автором, либо затрагивают события далекого исторического прошлого. Под пером Навои многие темы, идеи и формы их выражения приобретают новое, современное звучание и оригинальность. Навои во вступлении к «Хамсе», отмечал заслуги Низами, Дехлеви, Джами в создании подобных произведений. И о себе говорил, как о продолжателе этой традиции:

    Преданья эти – плод седых волос, –

     О них писали Низами, Хосров.

    Основой взяв, я перестроил их…

     Я жизни больше влил в героев их.

В его произведениях подняты вопросы, касающиеся самых различных сторон общественной жизни ХV в. Это вопросы государственного правления, современной жизни и будущего народов, нравственности и морали, религии и науки, образования и культуры. «Хамса» Навои – это новое осмысление действительности, новый и в большинстве случаев критический взгляд поэта-гуманиста, поэта-реалиста на события и явления. Его поэмы подспудно, как бы подтекстом выполняют еще немаловажную функцию – назидание. Каждая глава, беседа поэмы заканчивается конкретным выводом, указанием на суть повествуемого в данной части произведения, призывом действовать по разуму, целесообразно человеческой нравственности.

А. Навои придавал большое значение силе слова, указывал, что словом, просветительством можно преобразовать общество, изменить людей, воспитать совершенную личность. Как государственный деятель, ученый, поэт, философ он ратовал за торжество разума, за науку, созидательную деятельность человека. Знания, наука, творчество, по мнению Навои, не знают границ. Он считал, что каждый может внести свой вклад в историю, в обогащение жизни народа:

    …в летописи давних лет вникая,

     В рассказах стариков, поэт, вникая,

    Ты, может быть, еще откроешь клад,

    Что пропустил предшественника взгляд.

     И этот клад народу предъяви,

     Чтоб стал достоин ты его любви!

Современный узбекский язык и узбекская литература – продражатели лучших традиций литературных и поэтических произведений, созданных на тюрском языке в минувшие столетия. Они развились и обогатились благодаря  творениям таких выдающихся деятелей, как Махмуд  Кашгари, Юсуф Хос Хаджиб Баласагуни, Алишер Навои, Абдулла Кадыри, А. Чулпан и др. Тюркская письменность сыграла огромную роль в сохранении народной мудрости, в расширении и распространении лучших форм и образов национального поэтического творчества, художественного мышления и воспитании многих поколений поэтов, писателей, литературных и научных деятелей Узбекистана.

Навои и мировая культура. В одной из вступительных частей к главе поэмы «Лейли и Меджнун» Алишер Навои писал, что это – книга о страдании. И действительно, это своего рода произведение-вопрос, произведение- размышление. Как быть, что делать и какое нужно принять решение, чтобы в будущем не допустить страданий, мучений молодых. Эта тема была злободневной и для Европы эпохи Возрождения, когда средневековой религии, нищете ее духа противопоставлялись и воспевались красоты земли, природы, естественные, прекрасные чувства человека. Потому, видимо, и совпадение, схожесть поэм «Лейли и Меджнуна» А. Навои и «Ромео и Джульетта» Шекспира была не случайной. Общим для них является не только сюжетная канва, но и эмоциональная насыщенность, динамичность героев. Нередко страсть и чувство берут вверх и движут человеком. Главные герои одержимы любовью друг к другу и никакие препятствия, разлука не могут ее погасить. Мятущаяся душа Меджнуна раздвоена:

Любви отдаться? От любви бежать?

 Но жалко покидать отца и мать.

  Найти покой среди домашних вновь?

  Но топчет сердце властная любовь!

В то же время между произведениями Навои и Шекспира есть существенная разница. Если влюбленные Шекспира живут в городе, в цивилизованном обществе, то герои Навои – это представители кочевых племен. По необъятным просторам Аравии перемещаются различные племена арабов. Их окружает красивый растительный и животный мир, и над головой простирается огромный небосвод, в звезды которого люди часто вглядываются, чтобы определить счастливые и несчастливые знамения. Этот фон, эта изолированность от жизни, суеты, развлечений цивилизованных городов, с одной стороны, придает поэме необычайную возвышенность, романтичность, а с другой – обращает внимание читателя на то, что кочевые племена жили и придерживались установившихся норм социальных жизни, взаимоотношений между людьми. Навои, показывая живописную картину природы, нередко сравнивает состояние влюбленного Кайса с соловьем, либо с другой какой-либо птицей, зверем. Если птица или зверь спокойно могут при желании приблизиться к предмету своего влечения, то Кайс лишен такой возможности. Он переживает, мучается и слагает многочисленные песни, стихи в честь своей Лейли. В них раскрываются богатство внутреннего мира героя, его глубокие искренние чувства, талант и высокий ум. Так чувствовать и духовно творить может только человек, самое совершенное создание всевышнего. Человеческий табор выжил, развился и сохранил себя как человеческий коллектив благодаря следованию разуму и соответствующих законов. Можно считать, что поэма «Лейли и Меджнун» – это поэма о быте и нравах людей из кочевых племен Аравии.

Воссоздавая образ Лейли и Меджнуна, Навои в то же время как бы противопоставлял прошлое и настоящее. В прошлых племенах он выделял чистоту чувств, искренность человеческих взаимоотношений, высокие нравственные начала. Вместе с тем эти племена, народы строго соблюдали утвердившиеся правила, общественные устои. И для того чтобы некоторые из давно установившихся законов были изменены, нужно было пройти через многие трудности, испытания. Нередко самые сильные, лучшие люди оказывались их жертвам. Характеризуя Меджнуна как мужественного человека, одержимого благородной идеей – быть преданным своей возлюбленной, в конце седьмой главы Навои пишет:

Кто в цепях сберег свободы пыл –

 свободу многим тысячам добыл.

 «Лейли и Меджнун» сильна картиной бытописания кочевых племен, их нравов, а также образами-сравнениями, картинами-сопоставлениями. Еще одна из характерных особенностей творческого мастерства А. Навои – это то, что каждая глава или ряд глав, несмотря на единую форму стихосложения, имеет свою некую музыкальность, свою внутреннюю эмоциональную архитектонику. Потому главы звучат, воспринимаются несколько неравнозначно. Так, при чтении некоторых из них нередко ваше напряжение, ваша внутренняя сосредоточенность и внимание бывают особенно высокими. И оставляют неизгладимое впечатление. Объясняется это не только богатством и красотой поэтического языка А. Навои, не только развитием сюжетной канвы, но и умением выделить в повествовании ее философскую, смысловую суть, талантом автора в художественно-выразительной форме передавать глубокие мысли и обобщения.

В этом смысле интересной представляется шестнадцатая глава. Здесь выпукло представлен фон – вся Аравия как бы гибнет от жары, в степи настал «Таммуз», самые жаркие летние месяцы, все бегут от него и жаждут найти прибежище от невыносимого зноя. Из степи бегут все, кроме Кайса. Он, как и прежде, ищет свою Лейли, идет к месту, где находилось ее племя. Здесь юноша находит больного, умирающего, покрытого гноем и болячками пса. Увидев когда-то преданно служившего хозяину животное в таком состоянии, забытого и оставленного всеми, Кайс произносит монолог. Это совершенно необычный в восточной поэзии прием. Внешне изможденный, облепленный болячками и мухами пес, вызывающий отвращение и неприязнь, пробуждает в Кайсе рой чувств и мыслей. Он сравнивает внешнее состояние пса со своим внутренним и восклицает: «Я пес больной. Насытьтесь птицы мной!». Кайс воспринимает его как брата по несчастью. Ведь когда пес был здоров, силен, все его любили, он всегда был в почете и «бежал под стременем царя». Теперь же он никому не нужен, брошен, так как заболел, ослаб. Навои замечет: «Ты болен. Человечий страшен суд: тебя увидев, люди прочь бегут». Так животный эпос перекликается или проецируется на повествование о человеческом роде.

На вопрос прохожего, как мог Кайс, олицетворяющий чистоту и свет, являющийся для людей ангелом, свести «дружбу с мерзким животным», на что он отвечал: «Ты о любви не знаешь ничего! Себя скорее ангелом зови… Таких как я звать ангелом – ложь… Я куча пепла, раненому псу, как пепел, облегчение принесу». Еще позже Кайс о себе говорит: «Я пес, я – раненое существо, позор я для народа своего». Не выдержав беседы с человеком, не понимающим страдания другого, никогда не пережившим его чувств, Кайс желает быстрее оставить людей:

 И к диким зверям побежал скорей,

и стал он жить среди зверей.

В то же время этого, казалось бы, нелюдимого, отверженного обществом человека, всей душой любит, возвышает над другими юношами красавица Лейли. Она не только увидела и очаровалась красотой, мужеством и богатством внутреннего мира Кайса, но и сама наполнилась стремлением быть похожей на него, навсегда сохранить свою верность ему.

Из вышеприведенного видим, что Навои использует различные образы и обстоятельства при встрече, столкновении с которыми лучшие черты характера его главного героя еще пуще высвечиваются и возвышаются.

Одиннадцатую главу поэмы можно считать одной из значительных и кульминационных. Ради изменения состояния Меджнуна, спасения его от переживаний и стараний, родители отправляют его совершить хадж в Мекку. Однако, оказавшись в Каабе, где люди как бы приблизившись к всевышнему забывают земное, Меджнун, напротив, испытывает к Лейли не отчуждение, а еще больший прилив чувств. Он еще сильнее прежнего воспламеняется любовью к ней и дает возвышенный обет на сохранение до конца своей жизни верности и преданности любви. Навои по этому поводу замечает:

Водой любовной пламень не туши,

Стать маслом ей дано в огне души.

Хотели сделать слабою любовь.

Но укрепилась Каабою любовь.

В «Пятерице» Навои поэма «Лейли и Меджнун» является наиболее лирическим и эмоционально насыщенным произведением. Несмотря на преобладание в ней романтических и художественно-поэтических элементов, она несет в себе большую философскую правду, обобщение практики человеческой жизни. В поэме подспудно спроецировано внимание и на сложности эволюции ценностных ориентаций, на то, каким нелегким был переход от прежних суровых устоев, законов жизни людей к новым, более лояльным и совершенным. Благодаря провидению и высокому таланту Алишера Навои в «Лейли и Меджнуне» романтизм и исторический реализм составляют почти единое целое и поэма до сих пор, вот уже шестое столетие, волнует и влечет к себе сердца многих, независимо от возраста и национальности. В этом значение творчества нашего великого писателя, поэта, гуманиста Алишера Навои, произведения которого составляют неотъемлемую часть мировой культуры и цивилизации. 

Фатима МУМИНОВА

доктор филологических наук,

профессор Университета мировой экономики и дипломатии


[1] См.: Навои А. Стихотворения и поэмы. – Л., 1983.

No Comments so far

Jump into a conversation

No Comments Yet!

You can be the one to start a conversation.

Your data will be safe!Your e-mail address will not be published. Also other data will not be shared with third person.